Алиса решила прогуляться в парк Азамазонии. Там было весело, устраивались азамотеки с танцами, да, и вообще тусовки всякие с тусами - друзьями. Может кто знал там и про эти Эй да Ай.
По дороге Алиска зависала, как и обычно, как и постоянно, в общем, в своём зеркале. Фи! — ты скажешь читатель. Ха-ха — прохихикаешь, — зеркальце! Да — зеркальце, но — непростое. Не золотое конечно, не яблоко, даже не огрызок. Однако премиленькое, и тоже с мини-горошком. Скажешь такому: «Кто прекрасней всех на свете?» Оно и ответит. Правда, всякому и по разному. Были тут случаи...
Пялилась всю дорогу Алиса в зеркальце своё. Вокруг летало, кружило и гудело всё Шабашградье. Почему же девочка не полетела на метёлке своей с единорожиком (там одна рожица)? Понятия не имеем. Прогуляться решила или рассеянная и забывчивая такая.
Шла себе девочка, никого не тогала. Хорошо, что от неё прохожие успевали уклоняться да уворачиваться.
Только, вдруг, некто пискнул где-то, довольно-таки недалеко:
— Красотка, ёжь твою медь, за ногами следи! И под... — донеслось откуда-то.
Алиса остановилась и оглянулась по сторонам. Она только сейчас заметила, в Шурогарде много странных неадекватов. Многие ей зачем-то махали, рискуя налететь на своих летательных приспособлениях куда-нидь с летательным исходом. Все ей улыбались. Чё им надо? Чё она им сделала? — осмотрелась девочка.
— Да не туда! Ниже, — донёсся тонкий окрик.
Алиса опустила блуждающий взор пониже, затем ещё ниже.
— Ой! — она стояла на чём-то, вернее на ком-то.
Туфелька Алисы прищемила кому-то хвост.
— А-а! — заверещала Алиса, — Таракан!
Она с криком отскочила.
— Противный, ты чё под ногами мешаешься?
— Кто противный? — пискнул таракан, — Ты, злая девочка, меня убила!
Таракан корчился от боли на разноцветной мостовой. Уёживался и дёргался он во всю. Наконец, передрыгнув парой лап и, возможно даже, пукнув напоследок, таракан этот и вовсе замер. Многочисленные ножки его безжизненно торчали в разные строны и враскарячку.
Другая бы ушла дальше. Подумаешь, раздавила таракана. Одним меньше, на кухне чище. Но, Алисе жалко стало букашку. Довольно крупную, надо уточнить, для букахи. Алиса склонилась над таракашкой.
— Ты жив, там? — поинтересовалась девочка.
Таракан не демонстрировал признаки жизни. «Ой, я убила его!» - расстроилась девочка.
Алисе очень жалко стало таракашку. Из её глаз скатилась слеза. Она упала на таракана.
Таракан вдруг встрепенулся.
— Не совсем я ещё сдох, — промолвил очень слабеньким голоском таракан. Слабеньким, но достаточно дерзким и нахалеватым.
Алиса очень обрадовалась, что букан-противный ещё жив.
— Ну, тогда я пошла? — улыбнулась девочка, поднимаясь.
— Куда ты пошла? А, я? Бедный я, несчастный! Раздавленный, изувеченный! — стонал таракан.
Девочке совестно было бросать таракана этого, зачем-то переползавшего улицу под её ногами.
Таракан требовал перенести себя в лечебницу. Спасти остатки его никчёмной жизни.
Алиса с заметным отвращением потюкала зеркальцем в таракана, соображая как за него браться. Шёлкового платочка — ох, как было жалко!
— Добить меня хочешь, чу-у-довище! — взвыла букашенция.
— Я, к сведению, не таракан какой-нибудь, я из рода закаминных сверчков. На скрипке играю, на укулеле, на нервах... и на азамиляторе лабаю...
— Ах, ты сверчок?
Это уже в корне меняло отношение Алисы к букахе. Алиса теперь и шёлкового платка не пожалела.
Она осторожно перенесла, теперь сверчка, как выяснилось, на платок. Бережно подняла.
Тут Алиса ещё что-то заметила. На мостовой, среди блестящих блоков брусчатки, лежала вещица очень напоминавшая флешку. Ну да, обычную-такую, волшебную азамофлеху для азамиляторов. На ней она разглядела надпись: «Abracadabra AI».
Алиса поинтересовалась, что за флешка. Сверчок ответил, что его свойская. Он назвался студентом азамограммистом и азамзямосистемным азамистратором.
— Ты не только на скрипке умеешь? — удивилась девочка, — А, что такое, это Эй-Ай знаешь? И, где его найти? И, с чем его...
Сверчок обрадованно удивился тому, что девочка задаёт такие вопросы. Буках скорчил очень хитрую мину. Или, это был болевой тик такой у него.
Он похвалился, мол, он эксперт во всех Эй-Ай-яях. Но знает лучшую, которую обучил самолично.
Однако в лицее, тут одном, расовая сегрегация к насекомым, мышам и прочим членистопрочим. Некий известный кот-учёный их считает вирусняком, вредным для лицеистов. В том числе и его разработку.
Алиса хмыкнула. Мол, Ёшкин очень хороший.
— Да, нет! Шучу, — засмеялся сверчок. — Я вообще состою в сотрудниках данного лицея. Там много всяких.
Сверчок ещё раз пожаловался, что девочка задавила его и он теперь не может дойти до лицея, а там у него скоро семинар. И что, если девочка Алиса его донесёт, то он поделится информацией по этой самой Эй-Ай. Она же, эта - Эяй, очень умная, умнее Пушкина и Птушкина, все задания сделает за Алису. Только задавай ей какие-то промпты.
Алиса согласилась. Сверчок попросил девочку положить его в свою сумочку и никому не показывать. Он боялся, что его опоздание заметят. Особенно, если дерик этот, Ёшкин-кот, вот.
Алисе пришлось поменять свой обычный курс и пойти к лицею в неурочный час. Поздоровавшись со сторожем Дрофимом, она прошла дальше. Сторож, почти с сотней глаз и ушей, всегда привечал Алису.
«Ай-яй, ягоза!» — пробурчал сторож.
Его верная Булька тоже. Она хоть и унюхала что-то не слишком приятное, но от Алисы несло и не таким парфюмом. Алиса потрепала Бульку. Хотела поиграться с ней, но услышала из сумки тихое: «Пс-с, девочка, скорей!»
Алиса поспешила на минус тридевятый этаж, куда-то в призрачные анфилады. Алиса не понимала, зачем так далеко, да, и побаивалась этих мест. Мимо будто кто-то пролетел. Призрак что-ли?
У одной из прошарпаных дверей, со свисающей паутиной, сверчок приказал ей остановиться. Странно было. Похоже за эту дверь давно никто не заглядывал.
— Тут симпозиум? — недоверчиво проговорила Алиса.
— Он самый, семинар, — уже громче ответил сверчок.
Он сам выполз из сумки и, по платью и ногам девочки, быстро спустился на пол. Затем он шустро влез в щель под дверью. И был таков...
— Ай! Эй-ей-ей, а как же Эй-ай? — только и успела произнести Алиса.
Из-под двери показались рыжие усики странного рыжего сверчка.
— Не дрефь, чипса, всё уже в твоём чудо-юдо-азамо-зерцале, то есть зеркале. Все пни-коды, пароли, явки (я подкопался там уже! защита радужкой глаз для азамо-лохов!). Поднеси зерцало к азамилятору и десять раз повтори - абракадабра. Всё! Больших, жирных узбеков!
— И да, — усики высунулись в очередной раз, — каждый раз повторяй, уменьшая абракадабру на одну букву изначально.
Алиса так и застыла в полутёмном коридоре с полуоткрытым ртом.
— Абракадыбра, — в полузамешательстве повторила девочка.
— Не сейчас, у азамилятора! — услышался писк за дверью, — Не поняла нифига, дура-дурой.
— Да всё я поняла, — надула щёчки Алиса.
| << предыдущая | 1 , 2 , 3 , 4 , 5 , 6 ... 12 ... следующая >> |